Происхождение Жака де Моле

Происхождение Жака де Моле

Судьям, допрашивающим его, Жак де Моле 24 октя­бря 1307 г. в Париже ответил, что был принят в орден в Боне сорок два года тому назад Юмбером де Перо, рыцарем [Mich. II. P. 305.]. В отличие от большинства из ста тридцати восьми тамплиеров, которых допрашивали в Париже в октябре и ноябре 1307 г., в протоколе допроса великого магистра нет никаких указаний на возраст.

Таким образом, устанавливать год его рождения нам придется на основе только этих относительных цифр. Если к 1307 г. он прослужил в ордене Храма сорок два года, значит, его приняли в 1265 году. Первый надежный ориентир? Когда в августе следующего года его допрашивали в Шиноне делегаты папы, он снова сказал, что был принят сорок два года назад, то есть в 1266 году. Допустим, что он машинально повторил прежнее показание! [H. Finke, Papsttum. Bd. II. S. 328.]

В принципе в орден вступали во взрослом возрасте:

Хотя устав святых Отцов [устав святого Бенедикта] разрешает принимать в орден детей, мы вам не сове­туем идти на это […]. Ибо тот, кто захочет отдать сво­его ребенка в рыцарский орден навсегда, должен вы­растить его до тех пор, пока тот не войдет в возраст, позволяющий крепко держать оружие и стирать с лица земли врагов Иисуса Христа […], и пусть луч­ше он примет обет не ребенком, но взрослым…[R.T.l, Règle latine art. 59, p. 214-215; règle française art. 4, p.260]

Моле был дворянином, и его приняли в орден Храма как рыцаря; это не значит, что он уже был посвящен в рыцари. Посвящали в рыцари обычно в двадцать лет. Если предположить, что в этом возрасте его и приняли, в качестве даты его рождения можно допустить 1245 или 1244 год [Эту дату принимает М. Барбер: Barber M. James of Molay, thé Last Grand Master of thé Order of thé Temple // Studia Monastica. 14 (1972). P. 91-124.]. Но некоторые из рыцарей, допрошенных в 1307 г., вступили в орден Храма в 16-17 лет, а один, Ги Дофин, сын графа Роберта II Клермонского, дофина Овернского, даже в 11 лет; конечно, он не был посвящен [Mich. I. P. 415. cm. B.-T. P. 300, n. 30.]. Вот группа из 138 рыцарей, допрошенных в Париже: для 123 из них возраст указан, и для них же, кроме двоих, мы располагаем датой вступления в орден, приведенной в той же относительной форме, как у Жака де Моле («я был принят столько-то лет назад»). Средний возраст их в 1307 г. был 41 год и 8 месяцев, а средний возраст вступления в орден Храма — 27 лет и 9 месяцев; 28 вступили в орден Храма в 20 лет или раньше (в том числе 12 — в возрасте от 11 до 16 лет), а 25 — между 20 и 25 годами [Mich. II. P. 244-420. — Forey, A. J. Towards a profile of thé Templars In thé early fourteenth century // The Military orders. Vol.l. Fighting for thé faith and caring for thé sick. Edited by Malcolm Barber. Aldershot: Variorum, 1994. Vol. I. P. 200 и далее.]. В Шиноне, где вместе с Моле допрашивали четырех других сановников ордена Храма, двое из них указали свой возраст к моменту вступления в орден: Рембо де Каромб сказал, что вступил 43 года тому назад (в 1265 г.?) и ему было 17 лет, когда он «был сделан рыцарем и принят в орден Храма» [H. Finke, Papsttum. Bd. II. S. 324.]; Жоффруа де Шарне тоже исполнилось 17 лет, когда его приняли в орден 40 лет назад (в 1268 г.?) [Ibid. S. 325.], и он тоже был рыцарем. Если допустить, что Жака де Моле приняли в 16—17 лет, его дата рождения сместится на 1248/1249 или 1249/1250 год [Именно эту дату предлагает М.-Л. Бульст-Тиле.]. В пользу последнего предположения можно сделать одну ссылку: на другом допросе, в 1309 г., Жак де Моле, говоря о временах, когда великим магистром был Гильом де Боже (то есть с 1273 г.), причислил тогдашнего себя к группе «молодых рыцарей». Тем не менее отметим, что по понятиям того времени молодость могла быть достаточно долгой [Duby, Georges. Les «jeunes» dans la société aristocratique dans la France du Nord-Ouest au XIIe siècle // Annales: Économies, Sociétés, Civilisations. 19 (1964). P. 835-846.].

Итак, однозначного вывода сделать нельзя, придется обойтись приблизительными оценками. Ограничимся тем, что поместим дату рождения Жака де Моле в интервал между 1244/1245 и 1248/1249 и даже между 1240 и 1250 годами.

Отметим, что его раннее детство пришлось на время первого похода Людовика IX: этот поход, который был объявлен в 1244 г., готовился с 1245 по 1248 гг., происходил с 1248 по 1250 гг., продолжился пребыванием короля в Святой земле с 1250 по 1254 гг. и занял, таким образом, десять лет жизни короля и его королевства, мог оказать влияние на маленького Жака де Моле. Рассказы о бедствиях, смелости, неколебимой вере человека, который станет святым королем, о приключениях и воинских подвигах, а также о тяготах голода, болезней, даже плена из уст тех, кто ездил на Восток, воспоминания о тех, кто не вернулся, — все это вполне доходить до рыцарской семьи, какой была семья Моле. Но куда доходить? Где родился Жак де Моле?

Название Моле носят четыре французских общины в департаментах Кальвадос, Йонна, Верхняя Сона и Юра [Meyrat, J. Dictionnaire national des communes de France et d’Algérie, colonies françaises et pays de protectorat: postes, télégraphes, téléphones, chemins de fer et colis postaux. Tours: Deslis frères ; Paris: l’auteur, (1899).]. Добавим к ним местности с собственными названиями и хутора. Известно, что Моле был бургундцем; однако вариант Йонны, хоть там и был дом ордена Храма (или Госпиталя?), надо отвергнуть, потому что Жак де Моле принадлежал к благородному роду из Бургундского графства (обычно говорили просто «графства»), нынешнего Франш-Конте: «бургундец из Безансонского диоцеза», — писал в XVII в. Пьер Дюпюи [На основе рукописного реестра дворянских семейств Бургундского графства, составленного Дювернуа (Виуегпоу), из Безансонской библиотеки, который упоминали Э. Бессон и С. Леруа. Dupuy, Pierre. Traitez concernant l’histoire de France: sçavoir la condamnation des Templiers, avec quelques actes: l’histoire du schisme, les papes tenant le siège en Avignon: et quelques procez criminels. A Paris: Chez Edme Martin, S. Jacques, au Soleil d’Or, 1685. P. 65.]. Тогда остаются два рода и две местности.

Коммуна Моле в Верхней Соне, в кантоне Витре, относилась тогда к приходу Летр. Этот приход подчинялся в то время не Лангрскому диоцезу, как иногда говорят, а Безансонскому из-за принадлежности к деканскому округу Трав [Leroy S. Jacques de Molay et les templiers franccomtois d’apres les actes du proces // Bulletin de la Societe grayloise d’emulation. 3 (1900). P. 133 et 136.]. Один мелкий дворянский род здесь известен со времен Эме, или Эймона, де Моле, упомянутого в 1138 г. — тогда между цистерцианским аббатством Ла-Шарите и Эймоном, сеньором Моле, а также тремя его сыновьями было заключено соглашение о бенефициях с церквей Фретинье и Этрелль по соседству с Жи [Rey M. L’ordre du Temple en Franche-Comte, d’apres les do­cuments ecrits // Academic des sciences, belles-lettres et arts de Besancon. Proces-Verbaux et Memoires. T. 180 (1972-1973). P. 95, n. 5. Автор ссылается на AD Doubs, 58 Н 2. С. Леруа, о чем М. Рей не знал, уже упоминал это соглашение, но отождествлял названия, упомянутые в документе, с другими местами: по его мнению, речь шла о Летре и Пренье недалеко от Моле.]. Возможно, Жак был отпрыском этого рода и сыном некоего Жерара, упомянутого в 1233 году [Besson, Edouard. Etude sur Jacques de Molay, dernier grand-maitre des Templiers // Memoires de la Societe d’emulation du Doubs. Besancon, 1876. P. 484. — Это утверждение воспроизвел (и уточнил) С. Леруа: Leroy S. Op. cit.. (прим. 13). Р. 136]. В подтверждение такой гипотезы можно упомянуть тот факт, что в «доме» Жака де Моле, когда он стал великим магистром, два тамплиера были уроженцами окрестностей Моле в Верхней Соне: Жак из Ла-Рошели (де Рюпелла), сержант «из Безансонского диоцеза», упомянутый как «пребывающий на службе магистра», принятый в орден в Лимасоле (Кипр) в 1304 г. и родившийся в Ла-Рошели, деревне совсем рядом с Моле [Mich.I. Р. 65,105,117 и 562. Жерар де Моле, упоминавший­ся в 1233 г., был вассалом сеньора Ла-Рошели: 5 S. Leroy, Ibid.], и Гильом из Жи, «из Безансонского диоцеза… из дома и familia великого магистра ордена Храма, прево конской сбруи и его лошадей», принятый в орден в 1303 г. [Mich. II. P. 289 h I. P. 564.] и происходящий из Жи, деревни, находившейся километрах в двадцати от Моле. И последний довод в пользу этой идентификации: согласно показанию одного тамплиера, допрошенного в Пуатье в 1308 г. в рамках процесса против ордена, у великого магистра ордена Храма, то есть Жака де Моле, был тогда брат — декан Лангра. А ведь Лангр недалеко от Моле [H. Finke, Papsttum. Bd. II. S. 337.].

Деревня Моле в Юре, в кантоне Шмен, находилась в феодальной зависимости от замка Раон, стоявшего очень недалеко [Thomassin, Victor. Figures comtoises. Jacques de Molay, dernier Grand Maitre de 1’Ordre du Temple. Paris: C. Boutet, 1912. К этой версии склоняются Бульст-Тиле и Дайе.]. Она расположена километрах в десяти к югу от Доля. Жан де Лонгви, по прозвищу де Шоссен (все это соседние населенные пункты), был женат на дочери Маэ (или Матьё), сира де Раона, и Алике; от этого брака родилось несколько детей, в том числе Жак (которого иногда называют Жаном), старший сын [Dunod de Charnage, Francois-Ignace. Memoires pour servir a 1’histoire du comte» de Bourgogne, contenant 1’idee generate de la noblesse et le nobiliaire dudit comte’… Besanfon: J.-B. Charmet, 1740. P. 60.]. В поддержку этой гипотезы ссылаются на завещание Жана де Лонгви от 1310 г., в котором он завещает свои владения сыну Жаку, — завещание, якобы зарегистрированное в церковном суде Безансона, согласно Ж. Лаббе де Бийи [Labbey de Billy, Nicolas Antoine. Histoire de 1’universite du Comte de Bourgogne et des differens sujets qui 1’ont honoree: pour faire suite aux ouvrages historiques de M. Dunod. Besancon: C.F. Mourgeon, 1814-1815. T. 2. P. 145. в издании: Robert, Ulysse. Tes­taments de I’officialite de Besan9on: 1265-1500. Paris: Imprimerie nationale, 1902-1907. 2 Vol. (Collection de documents Inedits sur 1’histoire de France.) не обнаружено ни одного завещания, где бы упоминались Моле или Лонгви.]. Но этот документ, если когда-либо и существовал, исчез (завещания из церковного суда Безансона разрознены и частично уничтожены). Саму его реальность можно поставить под сомнение, потому что он не упоминается в каталоге (полном) дома Берто [Бессон, Леруа и Дюгейт (известны только «тезисы» диссертации последнего, но не сама диссертация), опираясь на этот каталог, категорически отвергают версию Моле в Юре.]. Наличие связей, которые сеньоры Раона якобы поддерживали с другими родами Графства, такими, как род Уазеле (Моntе Аvium), или Уазелье (Oiselier) либо Озеле (Оsеler), давший одного маршала ордена Храма при великом магистре Моле, а также родом Грансонов, если предположить, что между ними существовали семейные связи, также не доказано, и сообщения о них выглядят неубедительно [Бульст-Тиле: В.-Т., 8. 302, — уверяет, что существова­ли семейные связи между Грансонами и Уазеле. Но ведь в ста­тье Ф. Функа-Брентано: Funck-Brentano F. Philippe le Bel et la noblesse comtoise // EEC. 49 (1888). P. 1-36, — на которую она опирается, ничего не сказано о Грансонах. Уазеле расположен в департаменте Верхняя Сона, кантон Жи. Это говорит скорее в пользу версии Моле из Верхней Соны.]. Что касается завещания, то 1310 год в качестве даты (правда, другие авторы называют 1302 г.) выглядит очень курьезно, если предположить, что имеется в виду Жак де Моле: ведь Жан де Лонгви должен был знать, что происходило с его сыном в то время! Завещать владения магистру ордена Храма, узнику, судимому и почти осужденному, значило завещать их монарху, в данном случае — графу Бургундскому, потому что владения ордена Храма с 1307 г. были поставлены под секвестр!

Хотя по этому вопросу — и очень даже важному! — сказано не всё, я делаю выбор в пользу Моле из Верхней Соны.

Жака де Моле принимали в орден два сановника высшего ранга: Юмбер де Перо, генеральный досмотрщик ордена во Франции и в Англии, и Амори де ла Рош, магистр провинции Франция. Оба принадлежали к знатным дворянским родам. Достаточный ли это признак того, что Жак принадлежал к видному роду, скорей к среднему, чем к мелкому дворянству? [Frale, Barbara. L’ultima battaglia dei Templari. Roma: Viella, 2001. P. 15-16.] Не факт, даже если в этом районе Бургундии между средним слоем дворянства и военными орденами, а также крестоносцами установились прочные связи [Demurger, A. L’aristocrazia lai’ca e gli ordini religiosi-militari In Francia nel duecento // Militia sacra: gli ordini militari tra Europa e Terrasanta. A cura di Enzo Coli, Maria De Marco e Francesco Tommasi. Perugia: S. Bevignate, 1994. P. 55-84.].

Итак, Жак де Моле происходил из дворянского рода — может быть, видного — Бургундского графства и родился между 1240 и 1250 годами. Этот пространственный и временной контекст имеет важное значение. Графство Бургундия не относилось к Французскому королевству; это была имперская земля, и, значит, Жак де Моле не был подданным короля Франции. Тем не менее он родился и прожил детские и юношеские годы в период, когда королем этого соседнего королевства был Людовик IX. Он вступил в орден Храма (в 1265 г.) за два года до того, как король во второй раз принял крест. Невозможно представить, чтобы он не слышал об этом, тем более что из Бургундии (как из графства, входившего в состав империи, так и из герцогства, входившего в состав королевства), как и из совсем близкой Шампани, с самого начала крестоносного движения вышло немало крестоносцев. Тем не менее единственное упоминание Людовика IX в словах и письмах Моле связано с грубой ошибкой: он упоминает о присутствии святого короля на Втором Лионском соборе в 1274 г., хотя тот умер за четыре года до того! «Я помню, что, когда папа Григорий [Григорий X] был на Лионском соборе вместе с Людовиком Святым […], там находился также брат Гильом де Боже, в то время магистр ордена Храма […]» [Памятная записка Ж. де Моле о слиянии орденов, опубликованная Лизераном: G. Lizerand, Le Dossier… Р. 2-3.]. Странный, однако, провал в памяти — ведь к моменту созыва собора Моле уже девять лет как был тамплиером!

Демурже А. «Жак де Моле. Великий магистр ордена тамплиеров»