Эксемен де Ленда, Магистр Арагона

Эксмен де Ленда, Магистр Арагона

У нас по этому назначению есть досье — к сожалению, уникальное, состоящее из семи документов. Оно демонстрирует старания Жака де Моле соблюсти форму, но при этом уладить проблемы, связанные с назначением, и вновь утвердить некоторые принципы. Жак де Моле тогда находился уже не на Кипре, а в Пуатье. Это ничего не меняет — он по-прежнему руководил своим орденом.

С 1291 г. магистром провинции Арагон был Беренгер де Кардона, с 1297 г. также досмотрщик Испании. Отношения между Жаком де Моле и Беренгером де Кардоной в основном отличало доброе согласие, даже дружба — об этом свидетельствует радость последнего, когда он встретил великого магистра в Лимасоле перед самым своим отъездом с Кипра в октябре 1306 года [ACA. Cane., CRD Jaime II (Templarios), 139, n° 242.]. Это не исключило нескольких мелких проблем в 1303-1304 гг., чьи следы обнаруживаются в досье, которое я теперь изучаю. Приблизительно на Пасху 1307 г. Беренгер де Кардона вернулся домой; в конце мая 1307 г. он провел в Орте провинциальный капитул [ACA. Cane., CRD Jaime II (Templarios), 137, n° SI.—Forey, Alan John. Op. cit. (прим. 66). P. 415 и далее.] и умер в ближайшие недели, до 16 июля. Жак де Моле, тогда находившийся в Пуатье, узнал о его смерти из письма короля, датированного этим днем, на которое он ответил 4 августа [ACA. Cane., CRD Jaime II, n° 2842.]. Король сообщал о кончине магистра Арагона и рекомендовал великому магистру кандидатуру Дальмау де Тимора; Жак де Моле хорошо знал последнего, ведь тот был на Кипре туркопольером. Однако он ответил королю, что не может уступить его желанию:

Установившийся обычай таков, что, когда умирает командор провинции, братья сей провинции, уведомив магистра о том, что случилось, по мере своего знания и совести решают, кого назначить новым руководителем. Поелику наши братья сего еще не сделали, мы не в состоянии, не выслушав их мнения, назначить нового командора [ACA. Cane., Pergamine Jaime II, extra Inventario n° 240. — Forey, A.-J. Op. cit. (прим. 20). P. 166-167.
395]
.

Вполне понятно: братья предлагают, магистр и капитул располагают. Мы не приписываем Жаку де Моле хитростей, но все-таки напрашивается мысль, что он воспользовался этой «традицией» лишь затем, чтобы не уступать королю Арагона; это была скорее отговорка, чем строго установленное правило.

8 сентября великий магистр принял решение; в тот день он отправил три письма: два — Эксемену де Ленде и третье — арагонским тамплиерам, сообщая им, что назначил последнего магистром Арагона [Ibid. N° 2471. — Forey, Alan John. Op. cit. (прим. 66). P. 419, n° XLVI.]. Гонцы предварительно осведомили великого магистра о результатах совещаний арагонских тамплиеров; поэтому Арно де Баньюльсу, который находился в Пуатье и которого он назначил командором Гардени, было поручено вместе с братом Хилем доставить новому магистру инсигнии его должности — буллу и кошель, то есть матрицу печати провинции. Решение принадлежало именно Жаку де Моле: «Мы рассудили по своему разумению лучшего из вас сделать командором…», — писал он тому, кого повысил в должности [ACA. Cane, CRD Jaime II (Templarios), 137, n° 46. — Forey, A.-J. Op. cit. (прим. 20). P. 167-168.]; во втором письме он уточнял полномочия, которые вручает ему, — доверенность, полную власть в некоторых делах и т.д. [Ibid. Pergamine Jaime II, 173, n° 2471. — Forey, A.-J. Op. cit. (прим. 20). P. 168.] Новый командор Гардени должен был также передать письма нескольким лицам, в том числе из королевской семьи, — одно письмо королю [ACA. Cane., CRD Jaime II (Templarios), 137, n° 48. — H. Finke, Papsttum. Bd. II. S. 43-44, Nr. 28.], другое королеве Бланке, оба датированные 10 сентября: «Мы и наши братья решили наделить сим бальяжем Эсемена де Ленду» [Ibid. N° 47. — Forey, A.-J. Op. cit. (прим. 20). P. 170 (пись­мо королеве).].

Два других послания, одно из которых было написано 10 сентября, а другое 11 сентября, опять же адресованы Эксемену де Ленде и должны были напомнить ему о некоторых принципах управления, которые якобы преступил его предшественник, и сообщить о некоторых решениях, касающихся провинции Арагон-Каталония. Письмо от 10 сентября, довольно длинное, призывало магистра следить за сохранением мира между братьями, «честно вести себя в религии» (должным образом сохранять орден), окружать себя достойными людьми и изгонять либо исправлять дурных и, наконец, поддерживать добрые отношения с королем и сеньорами страны [ACA. Cane, CRD Jaime II (Templarios), 137, n° 86. — Forey, A.-J. Op. cit. (прим. 20). P. 169-170.]. В то же время Жак де Моле рекомендовал нового магистра и упомянутых достойных людей королю.

Далее великий магистр сообщал Ленде о некоторых решениях, касающихся государств Арагонской короны, и, в частности, о «движении», в смысле об административных перестановках в командорствах: Педро де Сан-Хусто переходил из Альфамбры в Пеньисколу, Беренгер де Ольмос — из Новильяса в Альфамбру; руководство бальяжем Тортоса (тамплиеры еще имели владения в городе и области, несмотря на обмен с королем в 1294 г.) поручалось Хилю Пересу; наконец, Гардени он передавал Арно де Баньюльсу, прежде командору Пеньисколы, тому самому, «каковой прибыл к нам». Такие назначения обычно делал магистр провинции; Жак де Моле не игнорирует этого, когда пишет ему: «И наше желание таково, дабы обо всех сих бальяжах, каковые мы даруем, вы пеклись бы так же, как если бы их даровали вы». Великий магистр пользуется должностной вакансией, чтобы вмешаться в обычную процедуру назначений командоров дома, но при этом не забывает ввести нечто вроде статьи о ненанесении ущерба [Forey, Alan John. Op. cit. (прим. 66). P. 264-265.].

Проводя эту процедуру (имел ли он на это право? или это был акт произвола?), Жак де Моле рассчитывает уладить некоторые частные проблемы и вознаградить отдельных лиц за верность. Педро де Сан-Хусто — его друг, и он получает повышение. Беренгер де Ольмос находился в Новильясе в трудной ситуации (в чем было дело, неизвестно), и его переводят в другое место. Арно де Баньюльс, переходя из Пеньисколы в Гардени, ничего не теряет: это центральный дом провинции. Хиль Перес — это, вероятно, «монсир Хиль», о котором в письме от 8 сентября говорится, что он находится в Пуатье.

Жак де Моле напоминает о двух случаях в прошлом, когда тогдашний магистр, Беренгер де Кардона, не посчитался с его прерогативами. Моле отдал Бернардо де Тамари, уезжавшему с Кипра обратно в свою страну, командорство Рибафора (или Рибароха), но Кардона распорядился этим командорством иначе, и Жак де Моле замечает: «Нехорошо, чтобы, когда мы даем некий бальяж, наши письма не принимались во внимание».

Другой щекотливый случай, упомянутый великим магистром, — случай Педро де Кастильона. Принятый в орден в Руссильоне в 1280-е годы, тот направился на Кипр, где оставался до 1303 года. Потом он вернулся в Каталонию, и Жак де Моле просил Беренгара де Кардону дать ему командорство, чего Кардона не сделал; он «был суров» с Кастильоном, пишет великий магистр. Педро де Кастильон занимал лишь второстепенные должности — заместителя командора Миравета в Торрес-де-Сегре, доме, зависимом от Миравета, где его присутствие отмечено с марта 1303 г. по 1305 г., после того как он некоторое время прослужил заместителем командора Педро де Сан-Хусто в Амбеле, в 1303 году.

Один важный документ, который его издатель Г. Финке датировал Рождеством 1304 г. [H. Finke, Nachtrage. S. 444-445, Nr. 9.] и к которому я еще вернусь, так как он дает сведения о центральном руководстве ордена, — это как раз письмо Педро де Кастильона, адресованное Педро де Сан-Хусто, где первый сообщает, что, проведя рождественские праздники в Миравете по приглашению правителя, он готовится вернуться в Торрес-де-Сегре. Не имея карьерных перспектив в Каталонии из-за враждебности магистра провинции, он в 1305 г. вернулся на Кипр. Тогда Жак де Моле назначил его казначеем ордена. В 1306 г. он вернулся в Каталонию как посол великого магистра. В сентябре 1307 г. Педро де Кастильон, должно быть, снова был на Кипре, потому что Жак де Моле дал ему возможность свободно выбирать, куда он хочет ехать в Каталонии, и соответственно потребовал от Эксемена де Ленды предоставить ему «что-нибудь хорошее». Из хроники Амади известно, что казначей ордена в 1307-1308 гг. находился на Кипре вместе с маршалом, гардеробмейстером и прочими. Но был ли этим казначеем все тот же Педро де Кастильон? Во всяком случае, среди тамплиеров, допрошенных на Кипре в 1310 г., он не фигурирует; но к тому времени он и не умер, потому что в 1313 г. в Каталонии вновь обнаруживается его след — он получил пенсию с доходов дома Айгуавива, опять-таки тамплиерского [Этой информацией о карьере Педро де Кастильона я обязан А. Дж. Фори. Я сердечно благодарю его.].

Наконец — и это тема последнего письма, адресованного Эксемену де Ленде 11 сентября, — Жак де Моле просит нового магистра быть «милостивым и благосклонным к maignie [дому] командора, каковой был прежде». Значит, не было spoil system [системы распределения должностей между сторонниками победившей партии (англ.)], поскольку «такое в Храме не принято». Бывших слуг своего предшественника Ленда должен был пристроить на должности [ACA. Cane., CRD Jaime II (Templarios), 138, n° 158. — Forey, A.-J. Op. cit. (npHM. 20). P. 170-171.].

Демурже А. «Жак де Моле. Великий магистр ордена тамплиеров»
СПб.: Евразия, 2009