Матвей Парижский. Historia major Angliae [фрагмент 1228-1229]

МАТВЕЙ ПАРИЖСКИЙ. Historia Major Angliae [1066-1259]

Автор одного из первоклассных исторических произведений Средних веков — «Великой истории Англии» — составил громадный сборник замечательных событий, связанных между собой только одним хронологическим порядком и относящихся не только к истории Англии, но и к судьбам других стран, начал свою хронику с 1066 г., когда Вильгельм Нормандский завоевал Англию (см. начало этой хроники, от 1066 г. до 1088 г., и о ее авторе выше), и остановился на 1259 г. Проходя год за годом, автор достигает 1228 г. и записывает сначала королевские указы о правильном весе и мере, потом рассказывает о смерти одного барона Рожера Тони, который по настоянию брата, опоздавшего приехать вовремя, снова ожил, чтобы объяснить ему, какие муки его ожидают за участие в турнирах; затем следуют заметки о вновь избранных епископах на различные престолы; далее внесена булла Григория IX, отлучающая императора Фридриха II от церкви, и ответное письмо отлученного; рассказано о вос­стании жителей Рима против Папы, сочувствовавших императору [Эти последние события из борьбы Фридриха II с Папой изложены на основании показаний нашего автора и других источников у Раумера (см. выше). Они случились еще в 1227 г., но автор заносит их в хронику под 1228 г., вероятно, не по ошибке, а потому что папская булла и письмо императора достигли Англии только в 1228 г.]; о победе герцога Тулузского над войсками французского короля — эпизод из Альбигойских войн; о смерти Стефана, архиепископа Кентерберийского; о вторжении жителей Валлиса в Англию и неудаче, испытанной при этом английским королем Генрихом III. Таким образом, мало-помалу, автор достиг июня 1228 г., и потому от дел валлийских перешел прямо к походу Фридриха II в Палестину.

ПОХОД ИМПЕРАТОРА ФРИДРИХА II В ПАЛЕСТИНУ [1228-1229]
[1228]
В том же году (то есть когда валлийцы сделали нападение на Англию) император Фридрих (II) отправился по Средиземному морю, чтобы исполнить данный Богу обет странствования. Он пристал к Аккону (Птолемаида) накануне дня Рождества блаженной Девы Марии (7 сентября). Духовенство и тамошний народ вышли навстречу и приняли его с почестью, как то и подобало столь великому государю. Но, зная, что он отлучен Папой, они не хотели иметь с ним сообщения и не целовались с ним, не садились за один стол: все предлагали ему дать Папе удовлетворение и вступить в единение церкви. Иоанниты и тамплиеры оказали ему все знаки уважения, став перед ним на колени; они обнимали его колени, и вся армия верующих, собравшаяся под Акконом, воздала славу Господу по случаю посещения ее императором в надежде, что от него будет спасение Израилю. Тогда император, обращаясь ко всему войску, горько жаловался ей на римского первосвятителя, произнесшего над ним несправедливый приговор, и уверял, что его поход на помощь Св. земле был только им отложен по поводу тяжкой болезни, которая его задержала, и многих других дел, важных для всего христианства. Между тем вавилонский султан (Египетский), узнав о прибытии Фридриха в Сирию, отправил к нему многочисленные и богатые дары золотом, серебром, шелковыми тканями, бриллиантами, верблюдами, слонами, медведями, обезьянами и другими удивительными предметами, которых мы не видим на Западе. Во время своей высадки под Акконом император был встречен вождями и руководителями христианской армии — герцогом Лимбургским, иерусалимским патриархом, архиепископами Назаретским, Цезарейским и Нарбоннским, английскими епископами Винчестерским и Эксетерским, великими магистрами Иоаннитского ордена и тамплиеров, которые стали во главе 800 рыцарей и около 10 тысяч пеших людей, собравшихся туда со всех концов вселенной. Пилигримы, воодушевленные одинаковым энтузиазмом, укрепили Цезарею и другие замки самым удовлетворительным образом.

Им оставалось восстановить укрепление в Иоппе и затем отправиться к св. городу. Император, получив сведения о состоянии Палестины, одобрил план пилигримов: они изготовили все необходимое для похода, и армия тронулась вперед с торжеством, предводительствуемая самим императором. Они прибыли благополучно к Иоппе за 17 дней до декабрьских календ (13 ноября). Но все запаслись весьма мало провиантом, так как нельзя было, идя сухим путем, обременить животных так, чтобы достало пропитания для людей и лошадей на большое время. В гавани Аккона были заготовлены корабли с этой целью; но в минуту отправления флота с грузом, назначенным для содержания армии, поднялась буря, расходились страшные волны, и пилигримы Христовы остались без съестных припасов целых семь дней. В то время многие боялись, чтобы Господь в своем гневе не стер с лица земли своего народа. Но несказанное милосердие Божие, которое никого не испытует сверх его сил, смягчилось воплями и слезами верующих. Бог повелел ветрам и морю остановиться, и настала тишина. Действительно, вскоре многочисленный флот, ведомый Богом, пристал к Иоппе и выгрузил огромное количество хлеба, ячменя, вина и всякого рода продуктов, так что войско не чувствовало более недостатка ни в чем, пока не укрепило вышеназванного города; а эта мера была вызвана обстоятельствами.

В этом же году (1228) в Англию прибыл архиепископ Великой Армении с целью посетить останки угодников и святые места Английской земли, как им было уже совершено в других государствах. Он представил духовным и прелатам церкви письмо от государя Папы, в котором Папа просил принять его с уважением и обходиться с ним почтительно. Явившись в Сент-Альбанс, чтобы помолиться первому мученику Англии (св. Альбану, замученному при Диоклетиане в 303 г.), он был встречен с почетом самим аббатом и всем монастырем. Там он остановился, утомленный странствованием, с целью подкрепить себя и своих спутников, и начал через переводчиков расспрашивать с любопытством о церемониях, обрядах и роде жизни в Англии, рассказывая, в свою очередь, изумительные особенности Востока. В разговоре один из монахов, сидевший подле него, спросил, празднуют ли в его стране зачатие блаженной Марии; он отвечал: «Да, празднуют, и вот на каком основании: она была зачата после того, как ангел объявил о том Иоакиму, который сетовал, живя в пустыне. То же должно сказать о зачатии блаженного Иоанна Крестителя, и по той же причине; относительно же зачатия Господа, возвещенного ангелом Марии, которая зачала от Духа Святого, никто из верующих не может и сомневаться».

Итак, эти три зачатия празднуются в Армении, как он уверял в том и подтверждал вышеизложенными доводами. Между прочим, его спросили также о знаменитом Иосифе, о котором часто толкуют в народе; он жил во время страстей Спасителя, говорил с ним и до сих пор живет, как свидетель христианской веры. Архиепископ отвечал на это подробным изложением дела; а по его словам, один антиохийский рыцарь, находившийся в его свите в качестве переводчика и известный Генриху Спи- гурнелю одному из друзей аббата, перевел все сказанное им и передал на французском языке (из этого видно, что в XIII столетии язык господствующего класса в Англии был еще французский):

«Мой владыка знает хорошо этого человека, еще перед самым отправлением его в западные страны Иосиф обедал за столом архиепископа, который и прежде часто видал его и говаривал с ним». Тогда его спросили, что же произошло между этим Иосифом и нашим Господом Иисусом Христом, и он продолжал: «Во время страстей, когда Иисус Христос, схваченный евреями, был отведен в преторию к Пилату для суда, и евреи яростно обвиняли его, Пилат, не найдя никакой причины предать его смерти, сказал им: ’’Возьмите его и судите по вашему закону”; но так как евреи все более и более неистовствовали, то Пилат, по их требованию, освободил Варраву, и предал Иисуса на распятие. Когда евреи влекли Иисуса из претории, Картафил, придверник претории Понтия Пилата, воспользовался минутой, когда он проходил дверью, и с презрением ударил его кулаком в спину, сказав при этом с насмешкой: ’Иди же, Иисус, иди скорее: чего ты ждешь?” Иисус обратился к нему и, взглянув строго, сказал: ”Я иду, а ты будешь ожидать, пока я снова не приду”: или, как позже передал то евангелист: ”Сын человеческий идет, по сказанному о нем в Писании, а ты подождешь моего прибытия”. И этот Картафил, которому было во время страстей Господних около 30 лет, живет и до сих пор, находясь в том ожидании, как сказал Спаситель. Всякий раз, когда он достигает ста лет, на него находит неизлечимая болезнь, похожая на обморок, потом он выздоравливает, возвращается к жизни и видит себя в том же возрасте, какой он имел в эпоху страданий Христа, так что о нем можно справедливо сказать вместе с псалмопевцем: ”Моя юность возобновляется, как юность орла”. Когда католическая вера распространилась повсюду после крестной смерти Господа, этот Картафил был крещен и получил имя Иосифа от Анании, который крестил блаженного апостола Павла. Обыкновенно он проживает в обеих Армениях и других вос­точных странах, обращаясь с епископами и другими прелатами церкви. Это человек благочестивый и набожный, говорит мало и неохотно, и беседует только с епископами и благочестивыми людьми, которые предлагают ему вопросы.

Тогда он начинает рассказывать о старых делах и о том, что происходило в эпоху страдания и воскресения Христа. Он говорит и о свидетелях этого воскресения, то есть о тех, которые сами воскресли вместе с Христом, пришли в святой город и являлись многим; о символе апостолов, их разлуке и проповеди; и при этом он никогда не улыбается и не произносит легкомысленных слов, которые могли бы вызвать осуждение или упрек, ибо он всегда в слезах и страхе Господнем, помышляя с трепетом о пришествии Иисуса Христа, который придет среди грома и молний судить мир; он боится испытать на себе гнев в день Страшного суда, сознавая, что он заслужил справедливую месть Господню, надсмеявшись над ним, когда он шел на страдание. Множество людей приходят к нему из отдаленных стран и находят удовольствие в том, чтобы взглянуть на него и побеседовать с ним; если это люди достойные уважения, он отвечает коротко на вопросы, предлагаемые ими. Он отказывается от всяких подарков и довольствуется пищей самой умеренной и самой простой одеждой. Однако он имеет надежду на спасение, потому что совершил грех по незнанию, и на основании того, что сказал Спаситель в своей молитве: ”Отче, прости им, ибо они не ведают, что творят”. Сам Павел, прегрешивший по неведению, заслужил благодать. То же должно сказать о Петре, который отрекся от Господа по непостоянству или по страху. Но Иуда, предавший Спасителя неправдой или корыстью, растерзал свои внутренности и, повесившись, кончил свою жалкую жизнь без всякой надежды на спасение. Рассуждая так, Картафил не теряет надежды на милосердие Божие и на возможность получить прощение за свой проступок».

Архиепископу предлагались еще и другие вопросы о ковчеге Ноя, который, говорил он, как остановился, так и теперь еще стоит на горах Армении; спрашивали и о многих других предметах. Он на все отвечал утвердительно, свидетельствуя о справедливости таких рассказов; а так как это было лицо уважаемое, правдивость которого подтверждалась письмом от Папы, то его слова произвели впечатление на слушателей и его рассказы, по-видимому, носили на себе печать истины. Впрочем, это все такие предметы, которых никто не может заподозрить в выдумке; притом это было подтверждено знаменитым рыцарем и доблестным воином Ричардом Аргентинским, который вместе с другими лично посещал, как благочестивый пилигрим, восточные страны, и впоследствии умер епископом.

Далее следует еще небольшое отступление о смерти двух епископов в Англии и о приглашении, которое получил Генрих III, король Английский, в начале 1229 г., от владетелей Аквитании, Гаскони, Пуату и Нормандии, чтобы явиться во Францию и напасть на французского короля.

[1229] Около того же времени (то есть когда Генрих III получил то приглашение) Папа Григорий (IX), негодуя на то, что император Римский (Фридрих II) отправился в Св. землю, будучи отлученным и мятежным, был крайне недоволен тем, что он желал покаяться и удовлетворить церковь, чтобы войти в ее единение. Потому, видя его упорство и неповиновение, Папа решил свергнуть его с императорского престола и возвести на его место другого, который был бы для св. престола сыном мира и послушания. Но так как я не мог навести других справок относительно достоверности этого факта, то и помещаю здесь письмо графа Фомы, которому император, отправляясь в поход, поручил вместе с другими управление и защиту империи. Его письмо, писанное по этому поводу и отправленное к императору в Сирию, было доставлено мне пилигримом, достойным всякой веры:

«Великому государю Фридриху (II), Божией милостью императору римлян и Августу, могущественному королю Сицилии, Фома, граф Ацерры, его преданный вассал, желает здравия и победы над врагами!

После вашего отплытия, пресветлейший государь, римский первосвятитель Григорий, открытый враг вашего величества, собрал многочисленную армию, во главе которой поставил Иоанна Бриеннского, бывшего короля в Иерусалиме, и других именитых воителей. Он вступил с оружием в руках на вашу землю и землю ваших вассалов и, в противность закону христианскому, решил победить вас вещественным мечом, не имея возможности как того желал, поразить вас мечом духовным. Поименованный Иоанн, собрав многочисленное рыцарство из Франции и соседних земель, домогается быть императором, если только ему удастся вас свергнуть и платить жалованье своим войскам из апостолической казны.

Иоанн и другие вожди римских войск вошли таким образом с вооруженной силой на вашу территорию и во владения ваших вассалов. Они предают огню здания и деревни, обращают все в добычу, уводят стада, всячески мучат своих пленных и вынуждают их внести за себя выкуп. Они не различают полов; кто находится вне церкви или кладбища, делается их жертвой; они овладевают бургами и замками, не обращая внимания на то, что вы служите Христу. Если кто-нибудь заговорит об императоре, то Иоанн Бриеннский замечает, что кроме него нет другого императора. Ваши друзья, пресветлейший император, приходят в ужас от всего этого, и особенно духовенство вашей страны, которое спрашивает, по какому праву и с какой совестью римский святитель действует подобным образом и идет войной на христиан, когда Спаситель сказал Петру, намеревавшемуся ударить мечом вещественным: ”Положи меч твой в ножны: ибо кто поднимет меч, от меча и погибнет”. В то же время все удивлялись, что тот, который почти ежедневно отлучает от церкви разбойников, поджигателей и других палачей христианства, дает теперь согласие на подобные покушения и подкрепляет их своим авторитетом. Позаботьтесь, могущественный император, я вас умоляю, о собственной безопасности и о вашем достоинстве: ибо ваш враг, Иоанн Бриеннский, занял все гавани по морю и снабдил их лазутчиками и вооруженными людьми с тем, чтобы в случае вашего возвращения захватить вас и посадить в темницу; да сохранит вас от того Бог!»

Следует большое отступление по поводу драки студентов в Париже с жителями, которая повлекла за собой временное закрытие университета, и по поводу вопроса о назначении нового архиепископа Кентерберийского: Папа не утверждает избранного английским духовенством и назначает другого, который обязался согласиться на сбор десятины, чтобы помочь Папе в борьбе его с императором.

В этом же самом году (1229) наш Господь Иисус Христос, спаситель и утешитель рода человеческого, осыпал милостью своих людей. Благодаря молитвам вселенской церкви он возвратил христианам вообще и императору Фридриху в особенности святой город Иерусалим и всю землю, которую Господь, Сын Божий и наш Искупитель, освятил своей кровью. Действительно, Господь оказал милость своему народу и возвысил смиренных; народы были отомщены, и сарацины разделились вследствие междоусобий. В ту эпоху вавилонский султан был до того занят внутренними войнами, что не мог устоять против новых нападений и принужден был заключить с императором перемирие на 10 лет, уступив христианам Св. землю без всякого кровопролития. Читатель же, желающий ближе познакомиться с этим благодеянием Божеского милосердия, может прочесть нижеследующее письмо императора римлян (Фридриха II), которое он послал к королю Английскому Генриху (III), приложив золотую печать:

«Фридрих, Божьей милостью император римлян и Август, король Иерусалима и Сицилии, своему возлюбленному другу Генриху (III), королю Англии привет и искреннюю любовь!

Да возрадуются и восторжествуют все о Господе, и те, сердце которых право, да превозносятся! Бог, желая доказать свое могущество, не гордится ни конями, ни колесницами. Так и ныне он составил себе славу малым числом людей, да познают все, что он славен величеством, грозен блеском, дивен советом в делах детей человеческих, изменяет времена своим соизволением и может сделать из всех народов один народ; в небольшое число дней он доставил чудом, а не человеческой храбростью, успех походу, который с давних времен не могли привести к окончанию многие князья и сильные мира, несмотря на их многочисленность, громадность сил, страх, который они внушали, и средства, которыми располагали. Но чтобы не мучить дольше ваше любопытство многословием, я желаю доложить вашей милости (sinceritati), что мы возложили все наше упование на Бога и были уверены, что его Сын, Иисус Христос, на служение которому мы с таким самоотвержением жертвовали телом и душой, не покинет нас в столь отдаленных и неизвестных странах; напротив, мы имели убеждение, что он наделит нас советом и спасительной помощью чести своей ради, славы и хвалы. Мы отправились из Аккона с полной доверенностью к его имени, 15-го дня прошедшего ноября, и прибыли благополучно в Иоппе с намерением восстановить укрепление этого города, как то было необходимо, с тем, чтобы открыть, как нам, так и всему христианскому народу не только самый легкий, но и самый короткий и безопасный доступ к св. городу Иерусалиму.

В то время, когда мы находились в Иоппе с верой и надеждой на Бога и занимались тщательно возобновлением замка, как того требовали обстоятельства и дело Христа, и пока мы и все пилигримы заботливо трудились над предприятием, послы от нас к вавилонскому султану, и от него к нам ходили взад и вперед беспрерывно. Султан же этот и другой султан, его брат по имени Ксафат держались подле города Газы с многочисленной армией и отступили от нас на один день пути. С другой стороны, в городе Сихеме, называемом обыкновенно Неаполем (Наплуза) и расположенном в долине, султан Дамаска, их племянник, держал наготове бесчисленное множество конницы и пехоты и находился от нас и от христиан равномерно на один день пути. После долгих прений с обеих сторон о возвращении Св. земли Иисус Христос Сын Божий смотрел с высоты небес на наше благочестивое терпение и терпеливое благочестие и, сострадая в своем милосердии к нам, устроил так, что вавилонский султан возвратил нам св. город Иерусалим, это место, где ступала нога Христа, это место, где почитатели истинной веры поклоняются Отцу в духе и истине. Желая довести до вашего сведения все подробности этой уступки, я извещаю вас, что не только возвращен нам сам город, но и вся страна, которая лежит между Иерусалимом и Иоппе, так что на будущее время пилигримы могут свободно посещать Гроб Господень и возвращаться без всякой опасности. При этом заключены следующие условия: а именно, сарацины этой страны, оказывая большое уважение в Иерусалиме тому храму, к которому они часто делают странствование для молитвы и отправления своих обрядов, получают от нас право свободного доступа туда на будущее время, но мы оставили за собой определение их числа; кроме того, они должны являться туда без оружия, не жить в городе, но за городом, и по окончании молитвы немедленно удаляться. Далее, они уступают нам город Вифлеем и всю землю между этим городом и Иерусалимом, город Назарет и всю землю между Назаретом и Акконом; также всю провинцию Торон, весьма широкую, пространную и чрезвычайно полезную для христиан; наконец, город Сидон, или Саид, с окрестностями и прилегающей страной. Владение последним городом будет тем более важно для христиан, что до сих пор сарацины извлекали из него большие выгоды для себя.

Действительно, Сидон представляет собой превосходную гавань, откуда все отправляется в Дамаск и из Дамаска очень часто в Вавилон (Каир), как то — оружие и необходимые съестные припасы. Хотя по договору нам дозволено отстроить город Иерусалим так, как того не было до сих пор, равно и замок в Иоппе, Цезарее, Сидоне и замок св. Марии Тевтонской, который начали строить братья этого ордена на горе, соседней Аккону, и чего они до того времени не могли никогда выполнить, но сам султан обязался не строить никакого здания, ни замка, пока не окончится срок перемирия, заключенного с нами на 10 лет. Это перемирие было подтверждено клятвой с обеих сторон, в 18-й день февраля, в воскресенье, когда Христос, Сын Божий, воскрес из мертвых и когда ему поклоняются во всей вселенной в память того воскресения. Поистине казалось, что этот день для нас и для всех сиял так, как он сиял во время пения ангелов: ”Слава в вышних Богу и на земле мир, к человекам благоволение”. Признавая столь великое благодеяние и честь, которую даровал нам Господь в своем милосердии, несмотря на наше ничтожество, и в противность ожиданиям многих, к вечной своей славе, и желая лично в самом святом месте принести ему в жертву нашего агнца лобзания, мы вступили в Иерусалим вместе с прочими пилигримами, которые верно исполнили свое служение Христу, в субботу, 17 марта. Немедленно, и как то подобает католическому императору, мы благоговейно преклонились перед св. Гробом; на следующий день мы венчались короной, которую всемогущий Господь вознамерился дать нам с высоты своего трона, возвеличив нас чудесным образом над всеми князьями мира и допустив до столь важного достоинства, которое нам, впрочем, принадлежало и прежде, как титул, и все это для того, чтобы все знали, что рука Господа участвовала в этом деле.

А так как все дела его милосердны, то последователи православной веры да поведают и расскажут всему миру, что тот, кто благословен во все века, посетил, искупил свой народ и утвердил для нас звучную трубу спасения в доме своего отца Давида. Наконец, перед оставлением св. города Иерусалима мы предположили возобновить самым великолепным образом его башни и стены и желаем этим заняться с такой заботой и старанием, что и в наше отсутствие работы будут продолжаться так, как бы мы находились на месте. А чтобы наше письмо дышало до конца радостью, чтобы конец его соответствовал началу и чтобы новый восторг овладел вашей царственной душой, мы прибавляем в заключение, что султан обязался в непродолжительном времени возвратить нам всех пленных, которые еще не отданы, подобно тому как он должен был сделать по договору, заключенному между ним и христианами в эпоху падения Дамиетты (1219 г.), равно и других, взятых в плен с того времени.

Дано в святом городе Иерусалиме, 17-го дня марта, в год Господень 1229-й.

Вот форма золотой печати императора: с одной стороны — его изображение и вокруг надпись: Фридрих, Божией милостью император Римский и Август. Над правым плечом изображения императора надписано: Король Иерусалимский; а над левым: Король Сицилийский. На другой стороне изображен город, представляющий Рим, и вокруг написано: Рим, столица мира, держит бразды вселенной. Императорская печать была несколько больше папской.

Когда, как мы сказали уже выше, христианская армия вступила в Иерусалим, патриарх и подведомственные ему епископы очистили храм Господень, церковь Гроба, св. Воскресения вместе с другими церквами и почитаемыми местностями города, вымыли пол и стены св. водой, сделали процессии и пели гимны и песнопения. Наконец, все места, оскверненные прикосновением неверных, были возвращены Богу. Но пока отлученный от церкви император оставался в стенах города, ни один из прелатов не хотел служить обедни. Наконец, Галтер из братии ордена проповедников, родом англ, человек благочестивый, разумный, скромный и хорошо сведущий в Священном Писании, получивший от Папы назначение говорить проповеди крестоносцам, чем он составил себе славу и что он исполнял некоторое время, отслужил обедню в загородных церквах. При этом он еще более воспламенил благочестие верующих и расположил их окончательно к служению Богу, умершему на кресте. После того все прелаты, значительные и незначительные, и остальное духовенство получили свои церкви и прежние владения: все были в восторге от божественных даров, которые превзошли их ожидания, и занялись единодушно вместе с прочими пилигримами постройкой городских стен и исправлением с большими издержками рвов, башен и укреплений. Так трудились не только в св. городе Иерусалиме, но и в прочих городах и замках этой земли, которую наш Господь Иисус Христос освятил божественными стопами и ознаменовал своей преславной кровью. Восторг христиан был так велик, что, казалось, утехи неба сошли на землю.

Страница 1 из 212