Двенадцать Сбежавших Храмовников

Двенадцать Сбежавших Храмовников

Все оценки носят исключительно приблизительный характер. Так, например, часто исходят из того, что к моменту процесса во Франции было около тысячи командорств ордена [Laurent Dailliez- La France des Templiers, Marabout, coll. « Guide Marabout », Paris, 1974 говорит о цифре в 1170 командорств, на территории современной Франции, однако, из этой цифры следует вычесть количество командорств находившихся на территории неподконтрольной французскому королевскому правосудию, например, Прованс и Лангедок.] и, даже если брать самые скромные оценки, в них должно было находится никак не меньше трех тысяч орденских братьев.

Но это, повторюсь, достаточно скромные оценки, которые хороши, например, для Англии, где на четыре десятка командорств приходилось чуть более полутора сотен тамплиеров [По вопросу количества командорств и храмовников в Англии смотреть, например, Evelin Lord — The Knights Templar in Britain, Pearson Education Limited, 2001 и Anne Gilmoure-Bryson — The London Templar Trial Testimony – русский перевод этой работы смотреть на www.templarhistory.ru.], а ведь во Франции были командорства, в которых находилось и несколько десятков храмовников. Так в Париже, в крупнейшем из них, к началу процесса было около 140 человек [Ален Демурже – Жизнь и смерть ордена тамплиеров, Евразия, СПб 2007 стр.278], а, например, крупнейший порт храмовников, командорство Ла-Рошель по реестру от 1224 года – насчитывало 142 человека [Jean-Claude Bonnin –Les Templiers et la mer: l`exemple de La Rochelle]. Хотя, конечно, существовало и достаточно командорств, где на постоянной основе находилось лишь 1-2 члена ордена. Таким образом, три тысячи орденских братьев во Франции, к началу процесса, это — скорее минимальное количество. Но какова была их судьба? Неужели все они были арестованы? Сохранившиеся протоколы допросов проливают свет на судьбу лишь чуть более шести сотен храмовников [Марион Мелвиль в Истории ордена тамплиеров, Евразия, 2003 — дает следующие цифры: 140 протоколов допросов в Париже (окт.-нояб. 1307 г.) + 72 свидетеля, заслушанных в Курии (июнь 1308 г.) + 595 собранных в Париже (март 1310 г.) + 13 протоколов допросов в Кане, 45 — в Кагоре, 6 — в Каркассоне, 7 — в Бигорре, 68 — в Клермоне (июнь 1309 г.) = 946, но, эти списки частично перекрывают друг друга.], судьба остальных нам не известна. Является ли это следствием того, что большая часть документов не сохранилась, или же можно предположить, что значительная часть тамплиеров просто никогда не арестовывалась и мирно перешла в орден госпитальеров после 1312 года?

Или же значительная часть храмовников попросту сбежала от королевского правосудия? Благо, что возможность для этого у них была: единовременно провести полицейскую операцию по аресту преступников, находящихся в тысяче различных объектов, это, даже в наш век связи и коммуникаций, задача из области фантастики, а ведь мы говорим о четырнадцатом веке. Да, тамплиеры Франции, те, которые имели необходимость и возможность бежать, так и поступали: таких случаев вполне достаточно [Malcolm Barber — The Trial of the Templars, Cambridge University Press, 2006, p. 60-61], и королевские власти вылавливали их еще несколько лет после начала процесса. Исследуя этот вопрос, мы сталкиваемся с очень странным и любопытным документом, который, в силу некоторых причин, достаточно редко цитируется современными историками. Одна из причин подобной непопулярности в том, что хранение (свод документов) за номером Latin-10919, находящееся во французской Национальной Библиотеке, где и хранится данный манускрипт, имеет достаточно неоднозначную репутацию. Это собрание записей, связанное с процессом против ордена, включает в себя достаточно странные документы, которые часто вызывали сомнения в их подлинности. Однако, после того, как ведущий ватиканский специалист по ордену — Барбара Фрале, нашла в архивах подлинник «Шинонского списка», подтвердив тем самым подлинность записей Пьера де Этампа, находящихся в хранении Latin-10919, эти документы стали вызывать заметно больше доверия [Barbara Frale — Chinon chart. Papal absolution to the last Templar, Master Jacques de Molay, Journal of Medieval History, 30,2, April 2004, pp. 109–134]. Впрочем, к документам из этого хранения мы еще вернемся, а пока поговорим о списке сбежавших храмовников, который там находится.

СПИСОК ДВЕНАДЦАТИ
Этот странный документ, с номером хранения fol. 84v, был приведен в 1907 году в работе выдающегося историка ордена Гейнриха Финке [Heinrich Finke — Papsttum und Untergang des Templerordens, 2 Bde., Vorreformationsgeschichtliche Forschungen, IV, Münster 1907, p. 74], чьи труды и сейчас служат базисом для современных исследователей. Он представляет из себя, по сути, записку, написанную, почему то не на латыни, а на старофранцузском. Документ не содержит никакой информации об его авторе, и представляет из себя список двенадцати храмовников, которым удалось избежать ареста и скрыться. Атрибуцию этого документа, по-видимому, проводил сам Финке, и датировал его концом 1307 года. Если этот документ не является более поздней фальшивкой или не сфабрикован с определенной целью легистами Филиппа Красивого, то представляет из себя список тамплиеров, наиболее разыскиваемых королевским правосудием. Вывод о первоочередной важности поимки именно этих храмовников, основан на том, что сбежавших тамплиеров было намного больше, и это даже косвенно говорится в этом же документе. Кто же были эти люди, столь опасные и столь преследуемые королем?

Пожалуй, наиболее «прозрачной» фигурой из них является Энбер Бланк. Этот старый храмовник около сорока лет прослужил ордену. Был на Святой Земле, позже вернулся во Францию, где был лейтенантом (т.е. помощником, личным представителем) магистра Оверни, а с 1299 года занял высокий пост магистра этой провинции. Не существует никаких доказательств, что Бланк сбежал, скорее, по счастливой случайности он оказался в Англии к моменту начала процесса во Франции, иначе сложно объяснить, почему он там спокойно ждал ареста. Как бы там ни было, но в 1308 году он был схвачен (по некоторым источникам в Кентрбери) и с 1309 года неоднократно давал показания в рамках судебного процесса против тамплиеров в Лондоне [Jean-Luc Alias — Acta Templarorium ou la Prosopographie des Templiers, Paris, Les 3 spirales, 2002, p. 729]. На процессе он отрицал абсолютно все обвинения как против себя лично, так и против ордена в целом. Единственное, что он признал, это тайность проведения орденских капитулов, но сам характеризовал этот обычай как «глупость». Однако, позже в Англию пришли показания, данные французскими храмовниками на процессе в Клермоне, где Энбер Бланк был обвинен в богохульных ритуалах при приеме неофитов в орден. Бланк хоть и называл все эти обвинения ложью, похоже, судьи ему не поверили. Хотя английских храмовников и не приговаривали к тюремному заключению, для Энбера Бланка было сделано исключение. Он был брошен в кандалах в темницу [Barber, p. 225-228]. Известно, что с 1313 года госпитальеры даже оплачивали его содержание, причем, учитывая его высокий сан, платили ему пансион в два шиллинга, в то время, как остальным храмовникам полагалось всего по четыре пенса в день [Alan Forey — Ex-Templars in England, Journal of Ecclesiastical History, Cambridge University, 2002]. Дальнейшая судьба бывшего магистра Оверни неизвестна.

Но Энбер Бланк был совсем не единственный из «списка двенадцати», кто был схвачен. Так, например, там фигурирует некий храмовник Пьер де Буш (Pierre de Bouch), учитывая возможные вариации написания его имени, очень возможно, что речь идет о тамплиере Питере де Букль (в написанных по латыни документах процесса он Petrus de Bocli), который действительно был в бегах. Не смотря на то, что этот молодой рыцарь, а на момент арестов ему еще не было и двадцати пяти, действовал весьма грамотно – переоделся и сбрил бороду, он все равно был опознан и схвачен [Barber, p. 60]. Интерес к этому храмовнику легко объясняется тем, что на момент арестов он был лейтенантом визитатора Франции Гуго де Пейро [De Trudon des Ormes — Revue de l’Orient Latin, tome V, Paris , 1897 (по данным templiers.net)] и явно представлял из себя очень ценного свидетеля.

Также, скорее всего, не повезло с бегством еще одному храмовнику из этого списка. Хотя бургундец Рено де Ла Фоли в нем и значится, есть его показания, сделанные в ходе процесса в 1309 году. К сожалению в материалах процесса нет никаких пояснений кем он был, и поэтому неизвестно на каком основании он угодил в этот список [Jules Michelet — Procès des templiers (collection des documents inédits de l´histoire de France), Paris 1841-1851, T.1 p.39].

Другим повезло больше. Так, в списке значится некий Гильом де Линс, почему-то помеченый вопросительным знаком. Он может быть идентифицирован как сбежавший прецептор мощного командорства Вильмойсон Гильерм де Лю [Anne Gilmour-Bryson -The Trial of the Templars in Cyprus, a complete English edition, Leiden: Brill, 1998, p. 85]. Он достаточно часто совершал церемонии приема в орден в часовне этого командорства, последняя из которых происходила прямо перед процессом в июле 1307 года. Как известно, тамплиеров обвинили в том, что при приеме в орден они плевали на распятие и совершали другие действия еретического характера, и, наверное, потому у Гильерма де Лю для побега были все основания, к тому же он также когда то был лейтенантом визитатора Гуго де Пейро и мог многое поведать [В различных источниках даются самые разные написания его имени: Lins, Lur, Liris, Lurs, Lus.].

Значится в списке и тамплиер Хью Даре, о котором почти нет сведений. Возможно, он был мелким орденским чиновником, поскольку известно, что в 1306 году он руководил приемом неофитов в орден в небольшом командорстве Ля-Фелюза, что в Оверни, и при этом, прецептором этого командорства он не являлся. В материалах процесса, изданных Мишле, он не упоминается, а посему, возможно, его бегство было удачным.

Еще один храмовник из списка обозначен как брат Бараус. Вне всякого сомнения он может быть идентифицирован как рыцарь Бараль де Гузиньян [Barral de Gauzignan, Barral de Gauzighan., Barralis de Grazilhano], прецептор очень крупного бальяжа Ле-Пюи в Провансе. Как Даре и де Лю, он также занимался приемом неофитов в орден, но, в отличие от них, был достаточно крупным орденским сановником. В 1296 году он являлся прецептором командорства Сен-Жиль, одного из крупнейших в регионе, а с 1298 года был лейтенантом магистра Прованса [ Damien Carraz — L’Ordre du Temple dans la Basse vallée du Rhône (1124-1312). Ordres militaires, croisades et sociétés méridionales, Presses Universitaires de Lyon, 2003 p. 308, 311]. Присутствие в списке тамплиеров из Прованса само по себе достаточно интересно, ведь он находился во владении и под юрисдикцией графа Прованса Карла II Анжуйского и аресты там были произведены позже. Кстати, Гузиньян был еще одним из тех, кому также не повезло с побегом, он был схвачен и в материалах процесса есть его показания, где он признает наличие богомерзких ритуалов в ордене, хотя и заявляет, что делал все что бы не принимать в них участия [Finke, p. 357-358].

Как мы видим, большую часть списка составляют тамплиеры, непосредственно причастные к церемониям приема неофитов в орден и проводившие региональные капитулы. А ведь странные, богомерзкие ритуалы, осуществлявшиеся при приеме в орден, и стали основным обвинением против храмовников, заметим, самым конкретным и доказанным обвинением. В этой связи, достаточно странным выглядит присутствие в списке рыцаря Адама де Валенкура. Это явно был уже очень не молодой человек, поскольку сохранились показания о его пребывании на Востоке, в Шато-Пелерин в 1286 году. Неизвестно по какой причине его разыскивали, но в его биографии есть один очень любопытный момент. Он дважды вступил в орден тамплиеров, поскольку вступив в него в первый раз, он затем по какой-то причине его покинул, вступив в орден картезианцев, но позже он снова стал храмовником [Alain Demurger — Outre-mer. Le passage des templiers en Orient d’après les dépositions du procès в Chemins d’outre-mer. Études d’histoire sur la Méditerranée médiévale offertes à Michel Balard, Paris, Publications de la Sorbonne, 2004; смотри также Michelet T1 p. 204, 595; T II p. 71].

О храмовнике Жеро де Шатонефе и Шарембо де Конфлане, упомянутых в списке сбежавших и разыскиваемых, нет вообще никаких сведений. Мы можем лишь констатировать, что судя по именам, они принадлежали к знатным бургундским семьям. Возможно «список двенадцати» это единственный существующий документ, где они упоминаются. Хотя, в документах процесса в Арагоне 1308-1312 годов упоминается некий рыцарь-тамплиер Jacobus de Conflent [Finke, p. 163], возможно это и есть наш Конфлан, и в таком случае, учитывая, что арагонские храмовники особенным репрессиям не подвергались, его побег был вполне удачным.

ТРИ ЗЛОДЕЯ, ВКЛЮЧАЯ СУЩЕГО ДЬЯВОЛА
Теперь поговорим о трех оставшихся в списке, чья роль в процессе выглядит гораздо более таинственно. Один из них, прецептор командорства Тор, что в Шампани, рыцарь Гуго де Шалон. В материалах процесса есть показания, судя по которым, он был достаточно предприимчивым и прижимистым храмовником. Так, он обвинялся в том, что сократил, а позже предлагал вообще прекратить выдачу милостыни неимущим, а также активно применял позорную практику приема в орден за деньги [Acta, p.1245] Однако, он не был рядовым тамплиером, поскольку приходился племянником самому визитатору Франции Гуго де Пейро. По-видимому, такое родство делало его не только весьма влиятельным, но и способствовало его политической карьере. Так, в 1302 году, когда папа вызвал к себе иерархов церкви и глав религиозных орденов, а Филипп Красивый, в свою очередь, запретил им к нему ехать, Гуго де Пейро не решился ослушаться, но послал в эту дипломатическую миссию Гуго де Шалона. К слову сказать, Гуго был совсем не единственным родственником де Пейро в ордене, известно также и о других его родственниках Пьере де Моди и Фалько де Мийи. Оба они тоже бежали, хотя о них и не упоминается в «списке двенадцати». Переодевание в нищенские лохмотья их не спасло, вскоре они были опознаны и схвачены.

Имя Гуго де Шалона фигурирует еще в одном очень любопытном документе, который, также находится в хранении Latin-10919, под номером 236v, и также был приведен Гейнрихом Финке [Finke, p. 501].

Frater Hugo de Cabilone nepos visitatoris et frater Girardus de Monteclaro, milites ordinis seu secte Templi, una cum quibusdam suis complicibus secte conceperant occidere regem.

Брат Гуго де Шалон, племянник визитатора и брат Жерара де Монтклер, воины ордена или секты тамплиеров, вместе с некоторыми из сообщников по секте, замышляли убить короля.

Убийство короля, Помазанника Божьего – какое преступление может быть ужаснее, чем это? Однако, отметим, что данный документ говорит и о наличии в ордене секты, тайного круга! Но кто такой Жерар де Монтклер? О храмовнике с таким именем ничего не известно, однако, в «списке двенадцати» значится Ришар де Монтклер. Такой храмовник действительно существовал, есть показания о его присутствии на Кипре в 1304 году [Alain Demurger — Outre-mer. Le passage des templiers en Orient d’après les dépositions du procès]. Очень возможно, что в этом документе допущена ошибка, и Жерар и Ришар это одно и тоже лицо.

Ключевой фигурой в списке этих двенадцати злодеев являлся магистр Франции Жерар де Вилье [варианты написания: Gérard de Vilars, Gérard de Villers, Gérard de Vîlliers, Gerardum de Villaribus, Gerardus de Villars, Gerardus de Villaribus, Girardo de Villariis, Girard de Villard, Géraut de Vîlliers, Gérot de Villiers.]. Его называют вторым по счету в иерархии французских тамплиеров, но учитывая, что визитатор Гуго де Пейро был уже стариком, возможно, он играл первоочередную роль. О его происхождении ничего не известно, но его часто путают с другим Жераром де Вилье, прецептором мощного валлонского командорства Вилье-ле-Тампль, умершим в 1273 году [Prier et combattre. Dictionnaire européen des ordres militaires au Moyen Age – смотреть Alain Demurger – Gérard de Villiers, Fayard, Paris, 2009, p. 387]. Род Вилье был знатнейшей орденской фамилией, причем не только в ордене тамплиеров: достаточно вспомнить Жана де Вилье, великого магистра ордена госпитальеров, геройски сражавшегося при обороне Акра в 1291 году. Также историкам ордена известен Пьер де Вилье, занимавший высокий пост магистра тамплиеров в Аквитании в 1292-1300 годах [Acta, p. 4639]. Кроме того, в материалах процесса упомянуты некий орденский священник Гильом де Вилье, отказавшийся защищать орден перед папской комиссией, ссылаясь при этом на свою старость и бедность, и прецептор командорства Сен-Поль-ля-Роше Бернард де Вилье, давший показания против ордена в 1309 и 1311 году [Ibid p. 4636]. Степень родства всех этих людей неизвестна, но, вероятно, родственниками они были.

Время и возраст, в котором Жерар де Вилье вступил в орден, неизвестно, но, вероятно, это произошло не позже 1295 года. В 1297 году он становится лейтенантом магистра Франции, а пост магистра тогда занимал Гуго де Пейро, который совмещал ее с должностью визитатора. В 1300 году Вилье становится магистром Франции, он активно берется за административную деятельность, о чём говорят многочисленные факты проведенных им приемов в орден, а также региональных капитулов. Он не менее активно занимается и хозяйственной деятельностью, поскольку совмещает должность магистра Франции и прецептора крупнейших бальяжей ордена. Именно этим объясняется то, что во время процесса он иногда упоминается как, например, наставник бальяжа Бри или Мон-де Суассон. Однако, перед самым процессом происходят несколько странные события. Последнее упоминание о магистре Жераре де Вилье относится к февралю 1307 года, а в июне, за пару месяцев до ареста, в качестве магистра Франции, подписывает документы уже снова Гуго де Пейро [Ален Демурже — Жак де Моле — великий магистр ордена тамплиеров, Евразия, 2008, стр. 246].

Позже, уже после арестов, содержащиеся в Париже тамплиеры подали прошения о встрече с высшими сановниками ордена – великим магистром Жаком де Моле и магистром Франции Гуго де Пейро! Но, что же тогда случилось с Вилье? Если был смещен, то за что? А если к тому времени уже умер, то почему объявляется, что он сбежал? Теперь обратимся к материалам процесса, а они рисуют Жерара де Вилье как сущего дьявола, чья степень злодейства просто неописуема. Вилье был обвинен в том, что он на церемониях приема в орден, которыми лично руководил, под угрозой физической расправы, заставлял отрекаться от Христа и плевать на распятие, об этом, например, на допросе заявил храмовник Николя де Амиан [Raymond Oursel – Le Proces des Templiers – (сборник документов процесса), Club du meilleur livre, Paris 1955, Exemplaire № 302, p. 39]. Вилье был также обвинен в том, что именно под его руководством в ордене происходили тайные церемонии поклонения идолу храмовников – таинственной голове. Об этом заявил прецептор одного из важнейших французских командорств Лагни-ле-Сек Рауль де Жизи в ноябре 1307 года [Ibid, p. 35], а позже, в январе 1311 года, он дал расширенные показания по этому вопросу. Интересно, что по показаниям Рауля де Жизи все это происходило не где-нибудь, а на ежегодном капитуле храмовников Франции в Париже. Также Жизи пояснил как и у кого хранилась эта голова – в кожанном мешке у личного помошника Вилье (лейтенанта магистра?), сержанта Гуго де Безансона [Ibid, p. 266-267].

Я не вижу никаких причин не верить этим обвинениям, в отличие, например, от обвинений в откровенном предательстве братьев. Вилье обвинили в том, что он позорно бежал с некоторыми другими храмовниками с осажденного мамлюками островка Руад в 1302, оставив его гарнизон на произвол судьбы. Такие обвинения звучат в показаниях пойманного тамплиера Рено де ла Фоли [Ibid, p. 64]. Эти показания выглядят явным оговором, ведь, как логично замечает Ален Демурже, изменник никак не мог не понести наказания, а никаких санкций к де Вилье применено не было [Ален Демурже — Жак де Моле, Евразия, 2008, стр. 163]. К тому же, факт пребывания Вилье на Востоке противоречит очень красивой легенде о его своеобразном участии в «Битве золотых шпор» (Куртре) в 1302 году. Согласно ей, тамплиеры присутсвовали там как со стороны фламандцев, так и со стороны французов, и Жерар де Вилье по этой причине отдал приказ храмовникам не принимать в ней участие. Французские храмовники так и простояли все сражение, а затем покинули поле битвы вместе с отрядом графа Сен-Поля. Естественно, согласно легенде, учитывая какое грандиозное поражение понесли французы, такая позиция вызвала гнев и ярость со стороны Филиппа Красивого [Acta, p. 4637].

Пожалуй, самые убийственные, и, возможно, достаточно лживые обвинения против ордена вообще, и против Жерара де Вилье в частности, дал Жан де Шалон, прецептор командорства Немур. Подтвердив факты тотальной коррупции в ордене и наличия богомерзких ритуалов, он рассказал, что любой, кто осмеливался противостоять этим богопротивным обычаям ужасного магистра Франции, оказывался в страшной, тайной тюрьме тамплиеров в Мерлане. Более того, ему также приходилось быть надзирателем этой тюрьмы, и он лично наблюдал там смерть девяти осужденных храмовников [Barber, p. 119]. Среди этих подробных и очень подозрительных признаний, сделанных Жаном де Шалоном, и приведенных в отчете о расследовании в Пуату в 1308 году, ныне хранящемся в архивах Ватикана [ Register Aven. N 48 Benedicti XII, tome I, folios 448-451 – нахождение этих документов в архивах Бенедикта XII (1334-1342) ранее также вызывало сомнения в их подлинности, но заметим, что и Шинонский список Барбара Фрале нашла именно в том же самом хранении.], есть и такая удивительная фраза, давшая нам невообразимое количество фантастических историй о сокровищах тамплиеров:

Item dixit, quod potentes ordinis prescientes istam confusionem fugiunt et ipse obviavit fratri Girardo de Villariis ducenti quinquaginta equos, et audivit dici, quod intravit mare cum XVIII galeis, et frater Hugo de Cabilone fugiit cum tot thesauro fratris Hugonis de Peraudo. Interrogatus, quomodo potuit tandiu istud factum teneri secretum, respondit, quod nullus pro aliqua re erat ausus revelare, nisi papa et rex aperuissent viam, quia, si sciretur in ordine, quod aliquis loqueretur, statim fuisset mortuus. [Finke, p. 339]

Сказал также, что начальство ордена, предвидя эту заваруху, сбежало, а сам он встретил брата Жерара де Вилье, ведущего пятьдесят лошадей, и слышал разговоры о том, что [он] вышел в море с восемнадцатью галерами, и брат Гуго де Шалон бежал со всей сокровищницей брата Гуго де Пейро. На вопрос, каким образом он сумел так долго держать этот факт в секрете, ответил, что никто ни за какие коврижки не осмелился бы его открыть, если бы папа и король не проложили дорогу, поскольку, если бы в ордене узнали, что кто-то проговорился, его бы тут же прикончили. [Автор выражает глубокую признательность д-ру Елене Леменевой за сделанные ею для этой статьи переводы с латыни.]

Под сокровищницей визитатора Франции Гуго де Пейро скорее всего стоит понимать казну парижского Тампля, но это заявление подрывают признания самого де Пейро, данные гораздо позже описываемых событий. Дело в том, что вопреки распространенному мнению, де Пейро был жив и через пятнадцать лет после арестов. Он содержался в заключении в Монтлери, и в 1321 году поведал о достаточно любопытных событиях. Оказывается, он явно догадывался о предстоящих арестах и поэтому, в сентябре 1307 года, передал небольшой сундук с ценностями на хранение прецептору командорства Дормелль, а тот, в свою очередь, передал их еще одному храмовнику. Однако, последний, видимо испугавшись ответственности и последствий, сдал сундучок королевскому бальи Санса Гийому де Анже. Неизвестно, была ли это вся орденская казна или только ее часть, но королевские финансы пополнились на 1189 золотых и множество серебряных монет, отчеканенных в 1303-1304 годах [Prier et combattre. Dictionnaire européen des ordres militaires au Moyen Age – смотреть — Jean-Bernard de Vaivre – Hugues de Pairaud, Fayard, Paris, 2009, p. 456]. Думаю, что эти факты еще более подрывают миф о спрятанных сокровищах ордена тамплиеров.

Но раз уже мы заговорили о сокровищах храмовников, то стоит поведать об истоках одной современной легенды. Речь идет о трех повозках с сеном, в которых были спрятаны сокровища ордена, якобы сбежавшие из парижского Тампля в ночь с 12 на 13 октября 1307 года. Об этом миру впервые поведал Жерар де Сед в своей книге о тайнах замка Жизор [Gérard de Sède- Les Templiers sont parmi nous, ou, L’Enigme de Gisors, Paris,1962]. При этом он ссылался на те же показания, того же Жана де Шалона, которые он якобы обнаружил в секретных архивах Ватикана. На самом деле ни в каких архивах он не был, а просто достаточно внимательно прочитал работу Финке. Что же касается повозок с сеном, то о них в показаниях Шалона нет ни слова, де Сед их попросту выдумал. Жерар де Сед давно умер, но его байки оказались очень востребованными и кочуют из статьи в статью.

Показания Жан де Шалона вызывают разумные сомнения в их правдивости, и в первую очередь из-за 18 галер, которых у тамплиеров не было и быть не могло, с другой стороны в показаниях и говорится, что это всего лишь слухи. Но обратим внимание на то, что он говорит о Вилье. Зачем Жерару де Вилье понадобилось пятьдесят лошадей? А вот ответ на это дает тот самый список беглых тамплиеров, где после его имени указано, что он был в состоянии вооружить отряд из сорока человек! Так кого же больше опасалась королевская власть, сбежавших функционеров ордена или немногочисленного, но эффективного вооруженного отряда? И насколько были близки к истине слухи о полутора-двух тысячах тамплиеров прячущихся в окрестностях Лиона, которые получили распространение в 1311 году, перед Вьенским собором [Barber, p. 262-263].

Если взять все вышеприведенные документы на веру, то версия о некоем «внутреннем круге» тамплиеров начинает приобретать свои очертания. Причем, если это так, то туда входили явно не только схваченные Гуго де Пейро и Жан де Шалон или бежавшие Вилье и его «собратья по списку», напомню, что бежали и многие другие тамплиеры Прованса, только из Тулона их бежало семеро, исчез и магистр этой провинции Бернард-де-ла-Рош, которого по неизвестной причине в список не внесли. Более того, многие из членов этого внутреннего братства были предупреждены о готовящихся арестах и бежали вооруженными, прихватив с собой казну и, наверняка, предметы своего странного культа. Разумеется, такая версия очень понравится любителям всевозможных мистических тайн и загадок, но она имеет право на существование при условии, что если эти документы являются не только подлинными, но и правдивыми. А в это, как раз, не очень верится. Активно сотрудничающий со следствием Жан де Шалон мог подтвердить или рассказать все что угодно, в том числе дать любые показания для того, что бы отвести от Филиппа Красивого обвинения в захвате казны ордена. Безымянные документы из хранения Latin-10919 скорее были написаны королевским легистами, дабы очернить храмовников и подставить Гуго де Пейро, чьим племянником являлся Гуго де Шалон. Но, возможно, у них была еще и другая цель. Напомню, что факт бегства Жерара де Вилье подтвержден только этими документами, но является ли это правдой? Не объясняется ли готовность храмовников давать подобные показания против своего магистра и стремление королевских властей объявить Жерара де Вилье беглецом тем, что он был уже устранен к началу процесса, и королевская власть имела к этому самое непосредственное отношение?

Впрочем, существует и еще один вариант. Очень возможно, что эти весьма странные документы из французской Национальной Библиотеки, всего лишь фальшивка изготовленная в XVIII веке промасонскими кругами с целью мистификации истории ордена. Однако, такое предположение ставит под удар репутацию Финке, чья квалификация вне всяких подозрений, и здесь слово за экспертами. Однако, вопрос подлинности или правдивости этих документов никак не влияет на тот факт, что несмотря на все обстоятельства арестов, некоторому числу высокопоставленных храмовников, все-таки удалось бежать от королевского правосудия. Вопрос, какому количеству тамплиеров удалось скрыться и идет ли счет на десятки или на сотни, остается открытым.

Автор выражает признательность д-ру Алену Демурже за помощь в подготовке данной статьи.

Эдуард Заборовский
Рига